Брихадараньяка Упанишада — Глава 3 (в переводе А. Сыркина)

Раздел Яджнявалкьи
ТРЕТЬЯ ГЛАВА
ПЕРВАЯ БРАХМАНА
Джанака, [царь] Видехи, совершил жертвоприношение со множеством даров
[жрецам]. Там собрались брахманы из жителей Куру и Панчалы. И Джанака, [царь]
Видехи, пожелал узнать, кто из этих брахманов самый ученый. Он заключил [в
загоне] тысячу коров и к рогам каждой прикрепил десять пад [золота].
Он сказал им: "Почтенные брахманы, пусть мудрейший брахман среди вас уведет
этих коров". Те брахманы не осмелились [сделать это]. Тогда Яджнявалкья сказал
своему ученику: "Дорогой Самашравас, уведи их". Тот увел [коров]. Брахманы
разгневались [и сказали]: "Как мог он объявить себя мудрейшим брахманом среди
нас?" И был [там] Ашвала, хотар Джанаки, [царя] Видехи. Он спросил его:
"Действительно ли ты, Яджнявалкья, мудрейший брахман среди нас?" Тот ответил:
"Мы склоняемся перед мудрейшим брахманом, но и желаем иметь коров". Тогда
хотар Ашвала начал спрашивать его.
"Яджнявалкья, – сказал он, – все это объято смертью, все подвержено смерти.
Как может приносящий жертву полностью освободиться от объятий смерти?"
[Яджнявалкья ответил]: "С помощью жреца хотара, огня, речи. Поистине, речь –
хотар жертвы. Эта речь – то же, что и огонь; этот [огонь] – хотар, это –
освобождение, это – полное освобождение".
"Яджнявалкья, – сказал он, – все это объято днем и ночью, все подвержено дню и
ночи. Как может приносящий жертву полностью освободиться от дня и ночи?"
[Яджнявалкья ответил]: "С помощью жреца адхварью, глаза, солнца. Поистине,
глаз – адхварью жертвы. Этот глаз – то же, что и солнце; это [солнце] –
адхварью, это – освобождение, это – полное освобождение".
"Яджнявалкья, – сказал он, – все это объято светлой половиной месяца и темной
половиной месяца, все подвержено светлой половине месяца и темной половине
месяца. Как может приносящий жертву полностью освободиться от объятий светлой
половины месяца и темной половины месяца?" [Яджнявалкья ответил]: "С помощью
жреца удгатара, ветра, дыхания. Поистине, дыхание – удгатар жертвы. Это
дыхание – то же, что и ветер; этот [ветер] – удгатар, это – освобождение, это
– полное освобождение".
"Яджвявалкья, – сказал он, – это воздушное пространство [таково, что оно]
словно не дает опоры. Как же подниматься приносящему жертву, чтобы подняться в
небесный мир?" [Яджнявалкья ответил]: "С помощью жреца-брахмана, разума, луны.
Поистине, разум – брахман жертвы. Этот разум – то же, что и луна; эта [луна] –
брахман, это – освобождение, это – полное освобождение".
Вот, что касается полного освобождения. Теперь – о достижении.
"Яджнявалкья, – сказал он, – сколькими ричами будет сопровождать сегодня
хотар, это жертвоприношение?" [Яджнявалкья ответил]: "Тремя". – "Каковы эти
три?" – "Вступительный, сопровождающий жертву, и третий – восхваляющий". –
"Что приобретает он ими?" – "Все, что здесь наделено дыханием".
"Яджнявалкья, – сказал он, – сколько жертвований предложит сегодня адхварью
при этом жертвоприношении?" [Яджнявалкья ответил]: "Три". – "Каковы эти три?"
– "Те, которые при жертве возгораются; те, которые при жертве издают сильный
шум; те, которые при жертве спускаются вниз". – "Что приобретает он ими?" –
"Теми, которые при жертве возгораются, он приобретает мир богов, ибо мир богов
[таков, что он] словно сияет. Теми, которые при жертве производят сильный шум,
он приобретает мир предков, ибо мир предков [таков, что он] словно издает
сильный [шум]. Теми, которые при жертве спускаются вниз, он приобретает мир
людей, ибо мир людей [таков, что он] словно внизу".
"Яджнявалкья, – сказал он, – сколькими божествами охраняет сегодня брахман с
правой стороны жертвоприношение?" [Яджнявалкья ответил]: "Одним". – "Кто этот
один?" – "Разум. Поистине, разум бесконечен, бесконечны вишведевы. С его
помощью он приобретает бесконечный мир".
"Яджнявалкья, – сказал он, – сколько хвалебных гимнов пропоет сегодня удгатар
при этом жертвоприношении?" [Яджнявалкья ответил]: "Три". – "Каковы эти три?"
– "Вступительный, сопровождающий жертву и третий – восхваляющий". – "Каковы
они по отношению к телу?" – "Вступительный [гимн] – дыхание [в легких];
сопровождающий жертву – дыхание, идущее вниз; восхваляющий – дыхание, разлитое
по телу". – "Что приобретает он ими?" – "Вступительным [гимном] он приобретает
мир земли, сопровождающим жертву – мир воздушного пространства, восхваляющим –
мир неба".
И тогда хотар Ашвала умолк.
ВТОРАЯ БРАХМАНА
Тогда Джараткарава Артабхага стал спрашивать его, "Яджнявалкья, – сказал он, –
сколько существует орудий восприятия и сколько предметов восприятия?"
[Яджнявалкья ответил]: "Восемь орудий восприятия и восемь предметов
восприятия". – "Каковы эти восемь орудий восприятия и восемь предметов
восприятия?"
"Поистине, нос – орудие восприятия. Он схвачен предметом восприятия – запахом,
ибо с помощью дыхания, идущего вниз, обоняют запахи.
Поистине, речь – орудие восприятия. Она схвачена предметом восприятия –
именем, ибо с помощью речи произносят имена.
Поистине, язык – орудие восприятия. Он схвачен предметом восприятия – вкусом,
ибо с помощью языка узнают вкусы.
Поистине, глаз – орудие восприятия. Он схвачен предметом восприятия – образом,
ибо с помощью глаза видят образы.
Поистине, ухо – орудие восприятия. Оно схвачено предметом восприятия – звуком,
ибо с помощью уха слышат звуки.
Поистине, разум – орудие восприятия. Он схвачен предметом восприятия –
желанием, ибо с помощью разума желают желанное.
Поистине, руки – орудие восприятия. Они охвачены предметом восприятия –
деянием, ибо с помощью рук делают деяние.
Поистине, кожа – орудие восприятия. Она схвачена предметом восприятия –
прикосновением, ибо с помощью кожи ощущают прикосновения.
Таковы эти восемь орудий восприятия и восемь предметов восприятия.
"Яджнявалкья, – сказал он, – все здесь – пища для смерти. Каково же то
божество, для которого смерть [сама служит] пищей?" [Яджнявалкья ответил:]
"Поистине, огонь – смерть, и он, [став] пищей для воды, отводит [от того, кто
знает это,] вторичную смерть".
"Яджнявалкья, – сказал он, – когда умирает этот человек, уходят ли из него
жизненные дыхания или нет?" – "Нет, – сказал Яджнявалкья, – они собираются в
нем, он распухает, вздувается, и мертвец лежит вздутый".
"Яджнявалкья, – сказал он, – когда умирает этот человек, то что не оставляет
его?" [Яджнявалкья ответил:] "Имя. Поистине, имя – бесконечно, бесконечны
вишведевы. С его помощью он приобретает бесконечный мир".
"Яджнявалкья, – сказал он, – когда речь этого умершего человека входит в
огонь, дыхание – в ветер, глаз – в солнце, разум – в луну, ухо – в страны
света, тело – в землю, Атман – в пространство, волоски на теле – в травы,
волосы на голове – в деревья, кровь и семя попадают в воду, – где находится
тогда этот человек?" [Яджнявалкья сказал:] "Артабхага, дорогой, возьми [мою]
руку. Мы одни узнаем это, не надо нам [говорить] об этом на людях". И отойдя,
они повели беседу. И когда они говорили, то говорили о деянии; когда
восхваляли, то восхваляли деяние. Поистине, [человек] становится добрым от
доброго деяния, дурным – от дурного.
И тогда Джараткарава Артабхага умолк.
ТРЕТЬЯ БРАХМАНА
Тогда Бхуджью Лахьяяни стал спрашивать его. "Яджнявалкья, – сказал он, – как
ученики мы странствовали среди мадров и пришли к дому Патанчалы Капьи. У него
была дочь, одержимая гандхарвой. Мы спросили этого [гандхарву]: "Кто ты?" Он
сказал: "Я Судханван Ангираса". Когда мы спрашивали его о концах миров, то
сказали ему: "Куда делись Парикшиты?" "Куда делись Парикшиты, – я спрашиваю и
тебя, Яджнявалкья, – куда делись Парикшиты?"
Тот ответил: "Конечно, [гандхарва] сказал тебе, что они ушли туда, куда уходят
совершившие ашвамедху". – "Куда же уходят совершившие ашвамедху?" – "Тридцать
два дня [пути] колесницы солнца – вот [насколько простирается] этот мир. Со
всех сторон его окружает земля, вдвое большая [по размерам]; со всех сторон
эту землю окружает океан, вдвое больший [по размерам]. Как лезвие бритвы, как
крылышко мошки, таково пространство между [половинами мирового яйца]. Став
птицей, Индра передал их ветру. Ветер, поместив их в себе, повел туда, где
находились совершившие ашвамедху. Поистине, так он [гандхарва] восхвалил
ветер. Поэтому ветер – единичность, ветер – совокупность. Тот, кто знает это,
побеждает вторичную смерть".
И тогда Бхуджью Лахьяяни умолк.
ЧЕТВЕРТАЯ БРАХМАНА
Тогда Ушаста Чакраяна стал спрашивать его. "Яджнявалкья, – сказал он, –
объясни мне, [что такое] Брахман, который воспринимается и не скрыт, который –
Атман внутри всего". [Яджнявалкья ответил:] "Это – твой Атман, [который]
внутри всего". – "Какой [Атман], Яджнявалкья, внутри всего?" – "Кто дышит при
[твоем] дыхании [в легких], тот – твой Атман внутри всего; кто идет дыханием
вниз при дыхании, идущем вниз, тот – твой Атман внутри всего; кто разливается
дыханием по телу при дыхании, разлитом по телу, тот – твой Атман внутри всего;
кто идет дыханием вверх при дыхании, идущем вверх, тот – твой Атман внутри
всего. Это – твой Атман внутри всего".
Ушаста Чакраяна сказал: "Это объяснено [тобой] подобно тому, как говорят: "Это
– корова, это – лошадь". Объясни же мне, [что такое] Брахман, который
воспринимается и не скрыт, который – Атман внутри всего". [Яджнявалкья
ответил:] "Это – твой Атман внутри всего". – "Какой [Атман], Яджнявалкья,
внутри всего?" – "Ты не можешь видеть видящего видения, не можешь слышать
слышащего слушания, не можешь мыслить о мыслящем мышления, не можешь знать о
знающем знания. Это – твой Атман внутри всего. Все остальное подвержено
страданию".
И тогда Ушаста Чакраяна умолк.
ПЯТАЯ БРАХМАНА
Тогда Кахола Каушитакея стал спрашивать его. "Яджнявалкья, – сказал он, –
объясни же мне, [что такое] Брахман, который воспринимается и не скрыт,
который – Атман внутри всего". [Яджнявалкья ответил:] "Это – твой Атман внутри
всего". – "Какой [Атман], Яджнявалкья, внутри всего?" – "Который выходит за
пределы голода, жажды, печали, заблуждения, старости, смерти. Поистине, познав
этот Атман, брахманы поднимаются над стремлением к сыновьям, над стремлением к
богатству, над стремлением к мирам и ведут жизнь нищенствующих монахов. Ибо
стремление к сыновьям есть стремление к богатству, а стремление к богатству
есть стремление к мирам: ведь оба они – лишь стремления. Пусть поэтому
брахман, отрекшись от учености, станет как дитя; затем, отрекшись и от
детскости, и от учености, [станет] молчальником; затем, отрекшись и от
немолчания, и от молчания, станет брахманом". – "Благодаря чему он может стать
брахманом?" – "Благодаря чему он может стать [брахманом], благодаря тому [он
сделан] таковым. Все остальное подвержено страданию".
И тогда Кахола Каушитакея умолк.
ШЕСТАЯ БРАХМАНА
Тогда Гарги Вачакнави стала спрашивать его. "Яджнявалкья, – сказала она, – все
здесь выткано вдоль и поперек на воде. На чем же выткана вдоль и поперек и
вода?" [Яджнявалкья ответил:] "На ветре, Гарги". – "А на чем же выткан вдоль и
поперек ветер?" – "На мирах воздушного пространства, Гарги". – "А на чем же
вытканы вдоль и поперек миры воздушного пространства?" – "На мирах гандхарвов,
Гарги" – "А на чем же вытканы вдоль и поперек миры гандхарвов?" – "На мирах
солнца, Гарги". – "А на чем же вытканы вдоль и поперек миры солнца?" "На мирах
луны, Гарги". – "А на чем же вытканы вдоль и поперек миры луны?" – "На мирах
звезд, Гарги". – "А на чем же вытканы вдоль и поперек миры звезд?" – "На мирах
богов, Гарги". – "А на чем же вытканы вдоль и поперек миры богов?" – "На мирах
Индры, Гарги". – "А на чем же вытканы вдоль и поперек миры Индры?" – "На мирах
Праджапати, Гарги". – "А на чем же вытканы вдоль и поперек миры Праджапати?" –
"На мирах Брахмана, Гарги". – "А на чем же вытканы вдоль и поперек миры
Брахмана?" Он оказал: "Гарги, не спрашивай слишком много, чтобы у тебя не
отвалилась голова. Ты слишком много спрашиваешь о божественном, о котором,
поистине, нельзя спрашивать слишком много. Гарги, не спрашивай слишком много".

И тогда Гарги Вачакнави умолкла.
СЕДЬМАЯ БРАХМАНА
Тогда Уддалака Аруни стал спрашивать его. "Яджнявалкья, – сказал он, – мы жили
среди мадров в доме Патанчалы Капьи, изучая обряд жертвоприношения. У него
была жена, одержимая гандхарвой. Мы спросили этого [гандхарву]: "Кто ты?" Он
сказал: "Кабандха Атхарвана". Он сказал Патанчалье Капье и изучающим обряды
жертвоприношения: "Знаешь ли ты, Капья, ту нить, которой связаны и этот мир, и
тот мир, и все существа?" Патанчала Капья сказал: "Я не знаю ее, почтенный".
Он сказал Патанчале Капье и изучающим обряды жертвоприношения: "Знаешь ли ты,
Капья, того внутреннего правителя, который правит изнутри и этим миром, и тем
миром, и всеми существами?" Патанчала Капья сказал: "Я не знаю его,
почтенный". Он сказал Патанчале Капье и изучающим обряды жертвоприношения:
"Поистине, Капья, кто знает эту нить и этого внутреннего правителя, тот знает
Брахмана, тот знает миры, тот знает богов, тот знает веды, тот знает существ,
тот знает Атмана, тот знает все". Так он сказал им. Я знаю это. И если ты,
Яджнявалкья, увел брахманских коров, не зная этой нити и этого внутреннего
правителя, то у тебя отвалится голова". [Яджнявалкья ответил:] "Я знаю,
Гаутама, эту нить и этого внутреннего правителя". – "Всякий может сказать: "Я
знаю, я знаю". Расскажи то, что ты знаешь".
Он сказал: "Поистине, Гаутама, эта нить – ветер. Поистине, ветром, Гаутама,
[словно] нитью, связаны и этот мир, и тот мир, и все существа. Поистине,
Гаутама, и говорят поэтому об умершем человеке, что члены его лишены связи –
ведь они связаны, Гаутама, ветром, [словно] нитью". – "Это так, Яджнявалкья.
Расскажи о внутреннем правителе".
[Яджнявалкья сказал:] "Тот, кто, находясь в земле, отличен от земли, кого
земля не знает, чье тело – земля, кто изнутри правит землей, – это твой Атман,
внутренний правитель, бессмертный.
Тот, кто, находясь в воде, отличен от воды, кого вода не знает, чье тело –
вода, кто изнутри правит водой, – это твой Атман, внутренний правитель,
бессмертный.
Тот, кто, находясь в огне, отличен от огня, кого огонь не знает, чье тело –
огонь, кто изнутри правит огнем, – это твой Атман, внутренний правитель,
бессмертный.
Тот, кто, находясь в воздушном пространстве, отличен от воздушного
пространства, кого воздушное пространство не знает, чье тело – воздушное
пространство, кто изнутри правит воздушным пространством, – это твой Атман,
внутренний правитель, бессмертный.
Тот, кто, находясь в ветре, отличен от ветра, кого ветер не знает, чье тело –
ветер, кто изнутри правит ветром, – это твой Атман, внутренний правитель,
бессмертный.
Тот, кто, находясь в небе, отличен от неба, кого небо не знает, чье тело –
небо, кто изнутри правит небом, – это твой Атман, внутренний правитель,
бессмертный.
Тот, кто, находясь в солнце, отличен от солнца, кого солнце не знает, чье тело
– солнце, кто изнутри правит солнцем, – это твой Атман, внутренний правитель,
бессмертный.
Тот, кто, находясь в странах света, отличен от стран света, кого страны света
не знают, чье тело – страны света, кто изнутри правит странами света, – это
твой Атман, внутренний правитель, бессмертный.
Тот, кто, находясь в луне и звездах, отличен от луны и звезд, коло луна и
звезды не знают, чье тело – луна и звезды, кто изнутри правит луной и
звездами, – это твой Атман, внутренний правитель, бессмертный.
Тот, кто, находясь в пространстве, отличен от пространства, кого пространство
не знает, чье тело – пространство, кто изнутри правит пространством, это твой
Атман, внутренний правитель, бессмертный.
Тот, кто, находясь в темноте, отличен от темноты, кого темнота не знает, чье
тело – темнота, кто изнутри правит темнотой, – это твой Атман, внутренний
правитель, бессмертный.
Тот, кто, находясь в свете, отличен от света, кого свет не знает, чье тело –
свет, кто изнутри правит светом, – это твой Атман, внутренний правитель,
бессмертный. Это относительно божеств, теперь – относительно существ.
Тот, кто, находясь во всех существах, отличен от всех существ, кого все
существа не знают, чье тело – все существа, кто изнутри правит всеми
существами, – это твой Атман, внутренний правитель, бессмертный. Это
относительно существ, теперь – относительно тела.
Тот, кто, находясь в дыхании, отличен от дыхания, кого дыхание не знает, чье
тело – дыхание, кто изнутри правит дыханием, – это твой Атман, внутренний
правитель, бессмертный.
Тот, кто, находясь в речи, отличен от речи, кого речь не знает, чье тело –
речь, кто изнутри правит речью, – это твой Атман, внутренний правитель,
бессмертный.
Тот, кто, находясь в глазу, отличен от глаза, кого глаз не знает, чье тело –
глаз, кто изнутри правит глазом, – это твой Атман, внутренний правитель,
бессмертный.
Тот, кто, находясь в ухе, отличен от уха, кого ухо не знает, чье тело – ухо,
кто изнутри правит ухом, – это твой Атман, внутренний правитель бессмертный.
Тот, кто, находясь в разуме, отличен от разума, кого разум не знает, чье тело
– разум, кто изнутри правит разумом, – это твой Атман, внутренний правитель,
бессмертный.
Тот, кто, находясь в коже, отличен от кожи, кого кожа не знает, чье тело –
кожа, кто изнутри правит кожей, – это твой Атман, внутренний правитель,
бессмертный.
Тот, кто, находясь в познании, отличен от познания, кого познание не знает,
чье тело – познание, кто изнутри правит познанием, – это твой Атман,
внутренний правитель, бессмертный.
Тот, кто, находясь в семени, отличен от семени, кого семя не знает, чье тело –
семя, кто изнутри правит семенем, – это твой Атман, внутренний правитель,
бессмертный. Невидимый, он видит, неслышимый – слышит, немыслимый – мыслит,
непознаваемый – познает. Нет другого, кто видит, кроме него; нет другого, кто
слышит, кроме него; нет другого, кто мыслит, кроме него; нет другого, кто
познает, кроме него. Это – твой Атман, внутренний правитель, бессмертный. Все
остальное подвержено страданию".
И тогда Уддалака Аруни умолк.
ВОСЬМАЯ БРАХМАНА
Тогда Вачакнави сказала: "Почтенные брахманы, я задам ему два вопроса. Если он
ответит мне, то, поистине, никто из вас не превзойдет его в споре о Брахмане".
– "Спрашивай, Гарги".
Она сказала: "Подобно тому как выступил бы сын героя из Каши, или Видехи,
натянув ненатянутый лук и держа в руке две стрелы, [готовые] пронзить врага, –
поистине, так, Яджнявалкья, я выступаю против тебя с двумя вопросами. Ответь
мне на них". [Яджнявалкья сказал:] "Спрашивай, Гарги".
Она сказала: "На чем, Яджнявалкья, выткано вдоль и поперек то, что над небом,
что под землей, что между небом и землей, что зовется и прошедшим, и
настоящим, и будущим?"
Он сказал: "Гарги, то, что над небом, что под землей, что между небом и
землей, что зовется и прошедшим, и настоящим, и будущим – это выткано вдоль и
поперек на пространстве".
Она оказала: "Поклонение тебе, Яджнявалкья, за то, что ты разъяснил мне это!
Приготовься к другому [вопросу]." – "Спрашивай, Гарги".
Она сказала: "На чем, Яджнявалкья, выткано вдоль и поперек то, что над небом,
что под землей, что между небом и землей, что зовется и прошедшим, и
настоящим, и будущим?"
Он сказал: "Гарги, то, что над небом, что под землей, что между небом и
землей, что зовется и прошедшим, и настоящим, и будущим – это же выткано вдоль
и поперек на пространстве". – "А на чем же выткано вдоль и поперек
пространство?"
Он сказал: "Поистине, Гарги, брахманы называют это Непреходящим. [Оно] ни
велико, ни мало, ни коротко, ни длинно, ни красно, [как огонь], ни текуче,
[как влага], ни окрашено, ни темно, оно ни ветер, ни пространство, [ни с чем]
не связано, без вкуса, без запаха, без глаз, без ушей, безо рта, [оно] не
имеет меры, не имеет ничего ни внутри, ни снаружи. Оно никого не поедает, и
его никто не поедает.
Поистине, по воле этого Непреходящего, Гарги, занимают свое место солнце и
луна. Поистине, по воле этого Непреходящего, Гарги, занимают свое место небо и
земля. Поистине, по воле этого Непреходящего, Гарги, занимают свое место
мгновенья, часы, дни и ночи, половины месяца, месяцы, времена года, годы.
Поистине, по воле этого Непреходящего, Гарги, одни реки текут с белых гор на
восток, другие – на запад, каждая в свою сторону. Поистине, по воле этого
Непреходящего, Гарги, люди восхваляют дающего, боги следуют за жертвующим,
предки – за [приношением] дарви.
Поистине, Гарги, кто, не зная это Непреходящее, совершает в этом мире
подношения, приносит жертвы, предается подвижничеству многие тысячи лет,
[заслуги] того имеют конец. Поистине, Гарги, кто, не зная это Непреходящее,
уходит из этого мира, тот несчастен. Но тот, Гарги, кто, зная это
Непреходящее, уходит из этого мира, тот – брахман.
Поистине, Гарги, это Непреходящее не видно и видит, не слышно и слышит, не
мыслимо и мыслит, не познается и познает. Нет другого, кто видит, кроме него;
нет другого, кто слышит, кроме него; нет другого, кто мыслит, кроме него; нет
другого, кто познает, кроме него. На этом непреходящем, Гарги, и выткано вдоль
и поперек пространство".
Она сказала: "Почтенные брахманы, считайте великим [счастьем], если
расстанетесь с ним, воздав ему поклонение. Поистине, никто из вас никогда не
победит его в споре о Брахмане".
И тогда Вачакнави умолкла.
ДЕВЯТАЯ БРАХМАНА
Тогда Видагдха Шакалья стал спрашивать его: "Яджнявалкья, сколько [существует]
богов?" Он ответил согласно тому нивиду: "[Столько], сколько упомянуто в
нивиде [хвалебного гимна] вишведевам – три и три сотни, и три, и три тысячи".
– "Так, – сказал тот, – сколько же в действительности богов, Яджнявалкья?" –
"Тридцать три". – "Так, – сказал тот, – сколько же в действительности богов,
Ядж-нявалкья?" – "Шесть". – "Так, – сказал тот, – сколько же в
действительности богов, Яджнявалкья?" – "Три". – "Так, – сказал тот, – сколько
же в действительности богов, Яджнявалкья?" – "Два". – "Так, – сказал тот, –
сколько же в действительности богов, Яджнявалкья?" – "Один с половиной". –
"Так, – сказал тот, – сколько же в действительности богов, Яджнявалкья?" –
"Один". – "Так, – сказал тот, – каковы эти три и три сотни и три и три
тысячи?"
Он сказал: "Это – лишь их проявления, в действительности же богов – тридцать
три". – "Каковы эти тридцать три?" – "Восемь васу, одиннадцать рудр,
двенадцать – адитьев [составляют] тридцать один; с Индрой и Праджапати –
тридцать три".
"Каковы васу?" – "Огонь, земля, ветер, воздушное пространство, солнце, небо,
луна, звезды – таковы васу. Ведь в них находится все это, поэтому [они
зовутся] васу".
"Каковы рудры?" – "Эти десять органов жизнедеятельности в пуруше и
одиннадцатый – Атман. Когда они выходят из этого смертного тела, то заставляют
[нас] плакать; оттого, что они заставляют плакать, [они зовутся] рудры".
"Каковы адитьи?" – "Поистине, двенадцать месяцев года – это адитьи. Ведь они
проходят, унося все это; от того, что они проходят, унося все это, [они
зовутся] адитьи".
"Каков Индра? Каков Праджапати?" – "Гром – это Индра, жертва – Праджапати". –
"Каков гром?" – "Удар молнии". – "Какова жертва?" – "[Жертвенные] животные".
"Каковы [эти] шесть?" – "Огонь, земля, ветер, воздушное пространство, солнце,
небо – таковы шесть. Ведь все это составляют эти шесть".
"Каковы эти три бога?" – "Эти три мира, ибо в них [существуют] все боги". –
"Каковы эти два бога?" – "Пища и дыхание". – "Каков один с половиной?" – "Тот,
кто дует".
Говорят: "Ведь тот, кто дует – один; как же [он] – один с половиной?" [Ответ
таков]: "Ведь все это возрастало в нем, поэтому [он] – один с половиной"". –
"Каков один бог?" – "Дыхание. Он – Брахман, его зовут: То".
[Шакалья сказал:] "Поистине, кто знает того пурушу, чье пристанище – земля,
[чей] мир – огонь, [чей] свет – разум, высшую опору всякого Атмана, тот,
Яджнявалкья, поистине, знающий". [Яджнявалкья сказал:] "Поистине, я знаю того
пурушу, о котором ты говоришь, – высшую опору всякого Атмана. Тот, пуруша,
который – это тело, и есть он. Поведай же, Шакалья, кто его божество?" Тот
сказал: "Бессмертное".
Поистине, кто знает того пурушу, чье пристанище – желание, [чей] мир – сердце,
[чей] свет – разум, высшую опору всякого Атмана, тот, Яджнявалкья, поистине,
знающий". [Яджнявалкья сказал:] "Поистине, я знаю того пурушу, о котором ты
говоришь, – высшую опару Атмана. Тот пуруша, который состоит из желания, и
есть он. Поведай же, Шакалья, кто его божество?" Тот сказал: "Женщины.
Поистине, кто знает того пурушу, чье пристанище – образы, [чей] мир – глаз,
[чей] свет – разум, высшую опору всякого Атмана, тот, Яджнявалкья, поистине,
знающий". [Яджнявалкья сказал:] "Поистине, я знаю того пурушу, о котором ты
говоришь, – высшую опору всякого Атмана. Тот пуруша, который в солнце, и есть
он. Поведай же, Шакалья, кто его божество?" Тот сказал: "Действительное.
Поистине, кто знает того пурушу, чье пристанище – пространство, [чей] мир –
ухо, [чей] свет – разум, высшую опору всякого Атмана, тот, Яджнявалкья,
поистине, знающий". [Яджнявалкья сказал:] "Поистине, я знаю того пурушу, о
котором ты говоришь, – высшую опору всякого Атмана. Тот пуруша, который – слух
и отзвук, и есть он. Поведай же, Шакалья, кто его божество?" Тот сказал:
"Страны света.
Поистине, кто знает того пурушу, чье пристанище – темнота, [чей] мир – сердце,
[чей] свет – разум, высшую опору всякого Атмана, тот, Яджнявалкья поистине,
знающий". [Яджнявалкья сказал:] "Поистине, я знаю того пурушу, о котором ты
говоришь, – высшую опору всякого Атмана. Тот пуруша, который состоит из тени,
и есть он. Поведай же, Шакалья, кто его божество?" – Тот сказал: "Смерть.
Поистине, кто знает того пурушу, чье пристанище – образы, [чей] мир – глаз,
[чей] свет – разум, высшую опору всякого Атмана, тот, Яджнявалкья, поистине,
знающий". – [Яджнявалкья сказал:] "Поистине, я знаю того пурушу, о котором ты
говоришь, – высшую опору всякого Атмана. Тот пуруша, который в зеркале, и есть
он. Поведай же, Шакалья, кто его божество?" Тот оказал: "Жизнь.
Поистине, кто знает того пурушу, чье пристанище – вода, [чей] мир – сердце,
[чей] свет – разум, высшую опору всякого Атмана, тот, Яджнявалкья, поистине,
знающий". [Яджнявалкья сказал:] "Поистине, я знаю того пурушу, о котором ты
говоришь, – высшую опору всякого Атмана. Тот пуруша, который в воде, и есть
он. Поведай же, Шакалья, кто его божество?" Тот сказал: "Варуна.
Поистине, кто знает того пурушу, чье пристанище – семя, [чей] мир – сердце,
[чей] свет – разум, высшую опору всякого Атмана, тот, Яджнявалкья, поистине,
знающий". [Яджнявалкья сказал:] "Поистине, я знаю того пурушу, о котором ты
говоришь, – высшую опору всякого Атмана. Тот пуруша который состоит из сына, и
есть он. Поведай, же, Шакалья, кто его божество?" Тот сказал: "Праджапати".
"Шакалья, – сказал Яджнявалкья, – неужели эти брахманы заставили тебя гасить
пылающие угли?"
"Яджнявалкья, – сказал Шакалья, – какого же ты знаешь Брахмана, если одолел в
споре брахманов из Куру и Панчалы?" [Яджнявалкья ответил:] "Я знаю страны
света вместе с богами и с основаниями". – "Если ты знаешь страны света вместе
с богами и с основаниями,
Кто твое божество в восточной стране света?" [Яджнявалкья сказал:] "Божество
Адитья". – "На чем основан этот Адитья?" – "На глазе". – "На чем основан
глаз?" – "На образах, ибо глазом видят образы". – "На чем же основаны образы?"
– "На сердце, – сказал [Яджнявалкья], – ибо сердцем познают образы, ведь на
сердце бывают основаны образы". – "Это так, Яджнявалкья.
Кто твое божество в южной стране света?" – [Яджнявалкья сказал:] "Божество
Яма". – "На чем основан этот Яма?" – "На жертве". – "На чем же основана
жертва?" – "На даянии жрецам". – "На чем же основано даяние жрецам?" – "На
вере, ибо, когда верят, то дают даяния жрецам; ведь на вере основано даяние
жрецам". – "На чем же основана вера?" – "На сердце, – сказал [Яджнявалкья], –
Ибо сердцем познают веру, ведь на сердце бывает основана вера". – "Это так,
Яджнявалкья.
Кто твое божество в западной стране света?" – Божество Варуна". – "На чем
основан этот Варуна?" – "На воде". – "На чем же основана вода?" – "На семени".
– "На чем же основано семя?" – "На сердце, – сказал [Яджнявалкья], – поэтому и
говорят о сыне, похожем [на отца], что он словно выскользнул из [его] сердца,
словно создан из [его] сердца; ведь на сердце бывает основано семя". – "Это
так, Яджнявалкья.
Кто твое божество в северной стране света?" – "Божество Сома". – "На чем
основан этот Сома?" – "На обряде посвящения". – "На чем же основан обряд
посвящения?" – "На действительном. Поэтому и обращаются к посвященному:
"Говори то, что действительно". Ведь на действительном основан обряд
посвящения". – "На чем же основано действительное?" – "На сердце, – сказал
[Яджнявалкья], – ибо сердцем познают действительное; ведь на сердце бывает
основано действительное". – "Это так, Яджнявалкья.
Кто твое божество в зените?" – "Божество Агни". – "На чем основан этот Агни?"
– "На речи". – "На чем же основана речь?" – "На сердце". – "На чем же основано
сердце?"
"Неразумный ты, – сказал Яджнявалкья, – что думаешь, будто оно в другом месте,
а не в нас самих. Ведь, если бы оно было в другом месте, а не в нас самих, то
его сожрали бы псы или разорвали птицы".
[Шакалья спросил:] "На чем же основаны ты и Атман?" [Яджнявалкья ответил:] "На
дыхании [в легких]". – "На чем же основано дыхание [в легких]?" – "На дыхании,
идущем вниз". – "На чем же основано дыхание, идущее вниз?" – "На дыхании,
разлитом по телу". – "На чем же основано дыхание, разлитое по телу?" – "На
дыхании, идущем вверх". – "На чем же основано дыхание, идущее вверх?" – "На
общем дыхании.
Он, этот Атман [определяется так]: "Не [это], не [это]". [Он] непостижим, ибо
не постигается; неразрушим, ибо не разрушается; неприкрепляем, ибо не
прикрепляется; не связан, не колеблется, не терпит зла. Таковы восемь
оснований, восемь миров, восемь богов, восемь пуруш. Кто, разъединяя и приводя
назад пуруш, выходит за их пределы, – о том пуруше упанишад я спрашиваю тебя.
Если ты не расскажешь мне о нем, у тебя отвалится голова".
Шакалья не знал о нем, и у него отвалилась голова. И даже кости его растащили
воры, приняв [их] за что-то другое.
Тогда [Яджнявалкья] сказал: "Почтенные брахманы! Кто из вас желает, пусть
спрашивает меня или все спрашивайте меня; кто из вас желает, тало из вас я
буду спрашивать или буду спрашивать всех вас". И те брахманы не осмелились
[ничего сказать].
И он спросил их такими стихами:
"Словно дерево, повелитель леса, таков, воистину, человек.
Его волосы – листья, кожа его – кора снаружи.
Из кожи его течет кровь, [как] сок из кожи [дерева],
Поэтому она выходят из раненого, как сок из поврежденного дерева.
Мясо его – древесина, лыко – сухожилия, они крепки,
Кости – внутренность дерева, мозг создан подобным сердцевине.
Когда дерево срублено, оно поднимается от корня, снова обновленное.
Но [когда] смертный срублен смертью, от какого же корня он поднимается?
Не говорите: "от семени", – ведь оно возникает [лишь] у живого.
[Между тем], поистине, дерево, поднявшееся от зерна, явственно возрождается
после смерти.
Когда дерево вырвут с корнем, оно не вырастет снова,
Но [когда] смертный срублен смертью, от какого же корня он поднимается?
Рожденный [однажды] не рождается [вновь], ибо кто породил бы его снова?
Брахман, [который] – познание и блаженство – высшая опора охотно приносящего
дары,
[А также] твердо стоящего [рядом с Брахманом] и знающего его.